Констанс О`Бэньон - Обвенчанные дважды

Сафат провел лорда Майкла в столовую, предназначенную для членов семьи. Другой слуга накрывал стол на двоих.

— Где леди Мэллори? — поинтересовался Майкл.

— Она просила извинить ее за опоздание и сказала, что скоро придет.

Майкл улыбнулся самому себе. Скорее всего она опаздывала потому, что сушила волосы после падения в пруд.

Внезапно девушка появилась возле него. От нее пахло цветами, и она напоминала ему об Англии.

— Прощу прощения за опоздание, милорд. Он отодвинул ей стул и затем сел напротив нее.

— Я хочу поблагодарить вас за доброту, с которой вы ухаживали за мной, и за ваше гостеприимство, — с чувством произнес он.

— Уверена, что на моем месте вы поступили бы точно так же, — ответила девушка. — Кроме того, я уверена, вы сейчас думаете, что незамужняя девушка в Англии никогда не стала бы развлекать мужчину за ужином в то время, как ее родители в отъезде. Но вы должны признать, что нынешние обстоятельства весьма необычны.

— Я признаю это и высоко ценю ваше отношение. Но мы с вами не в Англии, не так ли, леди Мэллори?

Мэллори подозрительно поглядела на Майкла, точно пытаясь найти какой-то скрытый смысл в его невинном замечании.

Взгляд молодого человека остановился на ее длинной нежной шее. Сегодня в ней было что-то новое, и некоторое время ему никак не удавалось понять, что же это. Теперь ее волосы были подобраны вверх и уложены на макушке. Майкл догадался, что таким образом она пыталась выглядеть старше.

Если бы только она знала, что в своем гладком сером платье с простеньким кружевным воротником она выглядит красивее всех остальных дам, разряженных в шелка! Он, верно, и впрямь обидел ее, сказав, что в ней нет изысканности, но ведь этим он лишь хотел польстить ей.

— Моя благодарность вам совершенно искренна, леди Мэллори. Если я когда-нибудь смогу быть вам полезен, только кликните.

Она опустила взгляд и стала наблюдать, как Сафат подает первое блюдо.

— Я беспокоюсь за вас, милорд. Надеюсь, когда вы уйдете отсюда, вы будете более осторожны.

— А я волнуюсь за вас, леди Мэллори. Египет сейчас — опасное место. Вы знаете, когда возвращается ваш отец?

Ее нижняя губа задрожала, будто она пыталась сдержать слезы.

— Нет, мне ничего не известно о родителях.

— Я полагаю, что, если они не вернутся в ближайшее время, вам следует отправиться в британское консульство и попросить подыскать для вас подходящего компаньона, чтобы вернуться в Англию.

— Мне некуда возвращаться, милорд. — Мэллори взглянула на Майкла. — Вы действительно чувствуете себя хорошо?

— Да, вы оказались великолепным врачом. Я уйду сразу после ужина.

Несколько секунд Мэллори смотрела на него. Ей очень не хотелось, чтобы он уходил.

— Я боюсь, как бы не открылась ваша рана.

— Уверяю вас, я чувствую себя прекрасно. — Пытаясь доказать ей это, он поднял обе руки. — Видите? И совсем не больно!

— Вы так и не рассказали мне, откуда у вас еще одна рана.

— Ну, — улыбнулся он, — допустим, я наткнулся еще на один нож как-то ночью на борту «Иберии».

Наклонившись, Мэллори дотронулась до его руки.

— Мне неизвестна ваша история, но я знаю, что у вас есть враги. Обещайте, что будете осторожны.

Улыбнувшись, Майкл взял ее руку и поднес к губам.

— Уверяю вас, что с этого момента я буду начеку, мой ангел-хранитель. Мэллори отняла руку.

— Многие считают меня скорее чертом, нежели ангелом.

— Почему же?

— Потому, что у меня скверный характер, — призналась она.

— Вот это точно!

Мэллори взглянула на него, и глаза ее опять сверкнули, однако искренний смех Майкла остудил ее гнев.

— И все же вы — мой ангел. Ее лицо стало серьезным.

— В одну из ночей, когда у вас был жар, вы бредили и говорили о своем отце.

— И что же я говорил? — требовательно спросил Майкл.

— Из вашего бреда я поняла только, что ваш отец пропал где-то здесь, в Египте.

— Да, — с неохотой подтвердил он, не желая обсуждать с ней эту тему.

— Не станете же вы пытаться отыскать его, не заручившись могущественной поддержкой? На вас и так уже было совершено два покушения.

Лицо Майкла стало жестким.

— Я уже сказал вам, что в следующий раз меня не удастся застать врасплох.

— Не могли бы вы подождать, пока вернется мой отец? Может быть, он сможет помочь вам. Он хорошо знает Египет.

— Нет, я не могу ждать.

Несколько секунд Мэллори молчала, а потом подняла взгляд и посмотрела в глаза Майкла.

— Что вы будете делать?

Вытерев губы, он отложил салфетку.

— Этого я пока не знаю, но сейчас мне нужно идти. — Он поднялся со стула и посмотрел на девушку. — Как я могу вас отблагодарить, леди?

— Берегите себя, — ответила она, вставая.

— Не могли бы вы выпустить меня через садовую калитку?

В ответ Мэллори кивнула головой. После того как они по тропинке подошли к калитке, Майкл остановился и обернулся к девушке.

— Обещайте мне, что не станете выходить из дома одна.

— Не стану. Когда я выхожу за ограду, меня всегда сопровождает один из наших слуг. Вы думаете, ваши враги знают, что вы — здесь?

— Не уверен, но все равно мне не хотелось бы навлекать на вас опасность. Мои враги безлики и безымянны. Они могут быть везде, они могут оказаться кем угодно.

Мэллори ощутила, как болезненно сжимается ее сердце, чувствуя разлуку.

— Мы еще увидимся?

Не говоря ни слова, Майкл притянул девушку к себе и прижался к ее губам. Мэллори перестала дышать. Резко отстранившись, Майкл долгим взглядом посмотрел в ее глаза.

— Я уверен, что мы еще встретимся, мой ангел.

И прежде, чем она успела ответить, он вышел из сада и растворился в темноте. В первый момент ей захотелось окликнуть его, но затем она просто закрыла калитку.

Прислонившись спиной к ограде, девушка долго стояла с бьющимся сердцем. А потом, сама не зная почему, заплакала.

13

Единственной новостью, которую узнал Майкл, снова придя в консульство, было то, что консул до сих пор не вернулся из Англии. Майклу вновь пришлось иметь дело с Абрамсом, и он ушел, взбешенный некомпетентностью этого человека и раздумывая, к кому бы обратиться за помощью.

Вернувшись к себе, он еще раз просмотрел письма и документы отца, но не нашел никаких подсказок тому, куда и с кем отправился герцог. Майкл находился в растерянности и не знал, что делать дальше.

— Прости, мама, — сказал он, сев на постель и обхватив голову руками. — Ты верила в меня, а я тебя подвел.

В дверь неожиданно постучали, и Майкл рывком отворил ее. Увидев мужчину в свободной черной одежде и с повязкой на глазу, он обрушил на него весь свой гнев: